Мурад Ахмедов, поэт, публицист, редактор республиканских литературных журналов «Соколенок» и «Литературный Дагестан»:

– В Дагестанском педагогическом институте, ныне университете, в свое время постоянно проходил волейбольный турнир на призы Расула Гамзатова, и он, конечно же, всегда присутствовал на нем лично. Приходило туда много известных людей, чтобы встретиться и поговорить с народным поэтом и любимцем, и вдруг в процессе игры мяч неожиданно угодил на трибуны и попал прямо в голову проректора. Конечно, в зале установилась мертвая тишина, но Расул Гамзатович быстро разрядил ситуацию, сделав это с юмором, как умел только он: «Даже мяч знает, где умная голова», – и зал взорвался всеобщим хохотом.

Вообще, конечно, Расул Гамзатов был человеком редкого природного дара, уникальной внутренней культуры, человеком поистине незаурядным. Приведу такой пример. Часто можно было застать у него политиков федерального масштаба, к нему приходил и министр обороны России, все наши видные политики, депутаты Госдумы, главы республики, президенты, главы других регионов. И за столом у него дома часто оказывались люди разных, так будем говорить, весовых категорий в переносном смысле этого выражения. Но он умел так построить беседу, что будь то санитарка, медсестра, которая приходила делать ему капельницу, или же, допустим, глава республики, политик федерального масштаба или какой-нибудь писатель, который приехал из отдаленного горного района, – все они чувствовали себя, что называется, в своей тарелке. Он умел объединять и сближать. Его искрометные шутки смешили всех вне зависимости от статуса и положения. Гамзатов каждую заурядную ситуацию порой превращал в уникальную своими шутками, своим острым словом.

Расул Гамзатов был мастером вытаскивать людей из сложных ситуаций – и в прямом, и в переносном смыслах. Когда я был еще совсем мальчишкой, на пушкинских чтениях в библиотеке я забыл начало стихотворения Пушкина. Вернее, уже начал читать и забыл вторую или третью строчку, и раскраснелся, растерялся. Все вокруг молчат, а Расул захлопал и сказал: «Не переживай, Мурад, волнение – профессия поэта».

Он был поэтом во всем – в творчестве и в жизни, в строчках и в поступках.