Перекрестившийся тушканчик,
Осматривая небосвод,
Живой воды живой стаканчик
К подножью поезда несет.
Михаил Синельников

"День поэзии-1975", стр. 110

Назывался альманах - "День поэзии". Выходил он раз в год, обычно ближе к осени, и мгновенно разлетался по стране. Скромное, в мягкой обложке, издание. На самой простой бумаге.
В этой простоте было свое изящество, ведь замысел альманаха восходил к альманахам пушкинской поры, часто издававшимся поэтами в складчину. В таких случаях весь доход от издания шел в пользу бедствующего собрата или в помощь семье умершего поэта.

В советское время традиции благотворительности отошли в прошлое, но поэтический альманах оставался зримым образом литературного братства.

Самое замечательное явление такого рода - "День поэзии". На его страницах все были равны: и те, кто уже вкусил славы, и те, о ком еще и в соседнем дворе никто не знал. Читатель, приобретая альманах, получал всю палитру современной отечественной поэзии в одном томе.

Правда, время от времени кто-то из начальников вспоминал, что "День поэзии" - ежегодник не всех, а московских поэтов. И как раз в 1975 году опубликоваться в альманахе удалось лишь москвичам. Но на высоком уровне издания это не отражалось.

"День поэзии" не требовал от поэта агиток и злободневности. Единственным критерием для отбора стихов в альманах было их качество. Отбирала стихи редколлегия. В нее входили около двадцати поэтов, и это были вовсе не "генералы от литературы", а люди, отличавшиеся строгим вкусом и порядочностью.

Публикация даже одного стихотворения в "Дне поэзии" становилась для молодого поэта исключительным событием. В 1975 году такое событие произошло в жизни Владимира Высоцкого - тогда в "Дне поэзии" появилось его большое - на две страницы! - стихотворение "Из дорожного дневника". Эта публикация осталась для актера и поэта чуть ли не единственной прижизненной.

Со временем "Дни поэзии", уцелевшие сейчас лишь в редких домашних библиотеках, обрели качество черно-белой кинохроники. Листая поэтические альманахи, вчитываясь в строки поэтов, мы можем уловить атмосферу эпохи. По стихам легко определить кардиограмму народного самочувствия в том или ином году.

Томики "Дней поэзии" ветшают, но никогда не обветшает настоящая поэзия. Она всегда - "живой воды живой стаканчик".

Татьяна Кузовлева:

"Детям ко сну наливать молоко..."

Жить бы да жить, тебя целовать.
Наших детей миловать, баловать.
В праздник,
Внося пироги с курагой,
Дверь прикрывать осторожно ногой.
Весело белой посудой звенеть,
Чистить до блеска старинную медь.
Слушать приемник, когда, например,
Песни народов СССР.
Слушать - не слушать,
совсем приглушать,
Чтобы работать тебе не мешать.
И, на доске нарезая лапшу,
Чувствовать: снова под сердцем ношу.
Радостно, ловко, спокойно, легко
Детям ко сну наливать молоко.
Верить, что все будет ясно и впредь.
Вечером сесть телевизор смотреть.
Спать на руке твоей до петухов.
И, как отравы, бояться стихов.
* * *

Натан Злотников:

"Заведу я большие тетради..."

Наши судьбы скрестились некстати,
И душа не спешит рисковать...
Заведу я большие тетради,
Стану лица твои рисовать.
Нарисую деревья и башню,
И останкинские пруды
С нашей быстрою тенью вчерашней,
С поцелуем над кромкой воды...
Словно искры в пролете литейки,
Где я был молодым и другим,
Сыплет дождь золотые копейки
К белым ноженькам дорогим...