Заур Эминов: «Дагестан во многих аспектах земельно-имущественных отношений является регионом-лидером в стране»

Ни для кого не секрет, что главным источником жизнеобеспечения и процветания любого государства являются принадлежащие ему земельные ресурсы. И в этой связи важно, чтобы земля использовалась по целевому назначению, эффективно, рачительно и приносила пользу. Дагестан вот уже на протяжении последних нескольких лет взял курс на наведение порядка в этом секторе, делает понятным саму суть эффективного управления земельно-имущественным комплексом. О том, какой колоссальный объем работы был проделан, как Дагестан стал первопроходцем и делится своим опытом с другими регионами страны, в интервью РИА «Дагестан» рассказал заместитель Председателя Правительства РД, министр по земельным и имущественным отношениям РД Заур Эминов.

–  Заур Эминович, Дагестан прошел путь от пилотного региона до одного из лидеров в реализации программы «Национальная система пространственных данных», и сегодня его опыт масштабируется на другие регионы нашей страны. Хотелось бы узнать у Вас, какие ключевые итоги уже можно подвести?

– Когда мы начинали реализацию программы в 2021 году совместно с Управлением Росреестра по Республике Дагестан, ситуация была достаточно сложной. С одной стороны, ЕГРН был недостаточно наполнен – значительная часть объектов и границ просто отсутствовала. С другой – уже внесенные сведения зачастую требовали корректировки. Это было связано с тем, что ранее отсутствовал полноценный контроль за качеством данных, а сами пространственные данные не были системно оцифрованы и доступны для анализа. В результате ошибки могли возникать на всех этапах – от работы кадастровых инженеров до решений органов власти и регистрации.

Что изменилось за это время? Прежде всего мы создали основу для территориального развития. Если в 2021 году в ЕГРН было внесено менее 10% границ населенных пунктов и муниципальных образований, то сегодня это уже фактически завершенная работа: из порядка 1500 границ внесено около 1400, а из 763 населенных пунктов – 742.

Отдельно отмечу территориальные зоны – ранее они практически отсутствовали в реестре, а сегодня внесено уже порядка 5 тысяч таких зон. Это принципиально важный инструмент, потому что именно территориальное зонирование определяет, где и что можно строить, как развивать инфраструктуру, как формировать инвестиционные площадки. Параллельно с этим мы активно синхронизировали данные с документами территориального планирования – генеральными планами и правилами землепользования и застройки, что позволило нам впервые получить целостное понимание того, как должно развиваться каждое муниципальное образование.

– Заур Эминович, если коротко, а что это дает людям и республике на практике?

– Во-первых, это снижение числа незаконных строек, где система становится прозрачной и понятной для всех участников. Во-вторых, это качественное планирование территорий – от жилищного строительства до развития туристических кластеров. В-третьих, это внедрение современных механизмов, таких как комплексное развитие территорий, которые невозможно реализовать без точных пространственных данных.

Но главный результат, если говорить прагматично и в цифрах, – это экономический эффект. Наполнение ЕГРН напрямую влияет на формирование налоговой базы: имущественные и земельные налоги становятся более полными и справедливыми. А значит это дополнительные доходы бюджета и новые возможности для развития региона.

Именно поэтому сегодня опыт Дагестана рассматривается как один из передовых, потому что мы показали, как из сложной стартовой позиции можно выстроить эффективную систему, которая реально работает на экономику и развитие территории.

– Раз уж мы затронули налоговый эффект: как изменилась собираемость имущественного и земельного налогов, если сравнивать показатели до начала активного наполнения ЕГРН и сейчас?

– Если говорить предметно и в цифрах, эффект действительно ощутимый. Начну с налога на имущество физических лиц. Мы специально анализируем динамику за последние три года – именно в этот период велась наиболее активная работа по наполнению ЕГРН. Так вот, с 2023 года поступления по этому налогу выросли в 3,7 раза и на сегодняшний день составляют 1,9 млрд рублей.

Для понимания масштаба: если взять более длительный период – с 2019 года, то налог тоже рос, но в основном за счет естественных факторов: ввода новых объектов, уточнения кадастровой стоимости. Однако за четыре года рост составил всего 1,3 раза. То есть мы четко видим, что кратный рост за последние три года – это не случайность, а результат системной работы по наполнению ЕГРН и выявлению ранее неучтенных объектов.

Что касается земельного налога, здесь также фиксируется устойчивая положительная динамика. Если в 2022 году поступления составляли порядка 1,33 млрд рублей, то в 2025 году – уже 1,78 млрд рублей. Рост более чем на 448 млн рублей. И это как раз тот самый эффект, о котором мы говорим: когда за счет наведения порядка в учете недвижимости и земель мы находим внутренние резервы, расширяем налоговую базу – и, как следствие, увеличиваем доходы бюджета без повышения налоговой нагрузки на наших граждан.

– Какой сейчас масштаб комплексных кадастровых работ? И правильно ли мы понимаем, что для жителей они проходят абсолютно бесплатно?

– Дагестан по многим позициям стал передовиком в целом по стране в части приведения земельных вопросов в соответствие законодательству. К примеру, Дагестан начал проводить комплексные кадастровые работы еще в 2020 году, и опять же благодаря слаженной работе с Управлением Росреестра по РД нам удалось достаточно быстро выйти в лидеры по стране. Более того, тот опыт, который мы отработали, в дальнейшем масштабировался на федеральный уровень.

Без ложной скромности отмечу: мы одними из первых начали применять беспилотные летательные аппараты при проведении ККР. Это позволило, с одной стороны, значительно упростить сам процесс, а с другой – обеспечить более широкий охват территорий и высокое качество работ.

Если коротко объяснить, что такое комплексные кадастровые работы: это когда государство за свой счет приводит в порядок сведения в ЕГРН. Устраняются пересечения границ, снимаются споры между соседями, четко фиксируются границы земельных участков и объектов недвижимости. Параллельно определяются и закрепляются границы территорий общего пользования – дорог, скверов, кладбищ, чтобы исключить самозахваты и навести порядок в пространственном развитии.

И здесь важно подчеркнуть ключевой момент: да, для жителей всё это проводится абсолютно бесплатно, вне зависимости от того, идет речь о физических лицах, бизнесе или государственных объектах.

Сегодня в этот процесс вовлечены практически все муниципальные образования нашей республики. Если еще в прошлом году работы велись примерно в 30-32 муниципалитетах, то в этом году мы ставим задачу охватить уже все города и районы. Это стало возможным в том числе благодаря тому, что сейчас ККР проводятся на двух уровнях: региональном – где заказчиком выступает Минимущества РД, и федеральном – в рамках государственного задания, которое реализует филиал ППК «Роскадастр» по Дагестану. Если в цифрах, то в этом году работы запланированы на территории 128 кадастровых кварталов, из них 87 – федерального уровня и 41 – регионального. То есть масштаб растет, и главное – эта работа уже дает конкретный результат и для людей, и для экономики нашего региона.

– Работа по возврату имущества – тема всегда чувствительная. Какие здесь сегодня результаты и есть ли яркие примеры, которые лучше всего показывают масштаб этой работы?

– Вы абсолютно правы – тема чувствительная, но при этом принципиальная. Речь ведь идет не просто об объектах, а о восстановлении справедливости и возвращении республике того, что ей по праву принадлежит.

Только за последние годы в собственность Республики Дагестан возвращен целый ряд значимых объектов. Например, по решениям арбитражных судов республике были возвращены два морских судна – «Кама» и «Али Алиев». Причем ситуация с «Али Алиевым» показательная: судно было реализовано всего за 11 миллионов рублей – это несоразмерно его реальной стоимости. Суд признал сделку незаконной, и сегодня только арендные платежи по этому объекту приносят в бюджет более 28 миллионов рублей ежегодно. Судно «Кама» для нас также стратегически важно – это нефтерудовоз, способный перевозить разные типы грузов. С учетом текущего обмеления Каспия его характеристики делают его особенно востребованным. Подчеркну, что борьба за этот объект не завершена. И здесь наша позиция однозначная: мы не рассматриваем вариант проигрыша. Работа по объекту продолжается в кассационной инстанции, и мы будем последовательно доводить ее до результата, отстаивая интересы республики до конца.

Также, пожалуй, самый понятный и близкий людям пример – это гостиница «Дагестан». Объект, который знает каждый житель Махачкалы, долгое время использовался не по назначению. Мы добились судебного решения, освободили здание, взыскали порядка 15 миллионов рублей за незаконное пользование и передали его в аренду уже на прозрачных условиях, с ежегодной платой в размере 71 миллиона рублей. При этом ключевое условие – реконструкция с сохранением исторического облика.

Отдельно отмечу возвращение помещений в здании Национальной библиотеки имени Расула Гамзатова, где ранее находился ресторан «Da Vinci». Эти площади были выведены из собственности еще в 2005 году, но нам удалось восстановить права республики и взыскать более 1,8 миллиона рублей.

Большая работа проведена и по земельным активам. В Табасаранском районе в собственность республики возвращен участок площадью свыше 1350 гектаров, который был фактически незаконно реализован. Суд признал сделку недействительной и обязал вернуть землю. Аналогичная ситуация в Дербентском районе – возвращены участки сельхозназначения под виноградники общей площадью 246 гектаров.

При этом важно понимать: все эти примеры – это лишь видимая часть работы. За каждым таким решением стоят месяцы, а иногда и годы серьезной претензионно-исковой деятельности. К слову, только за период с 2021 по 2025 год министерством направлено более 760 претензий и почти 480 исковых заявлений. Общая сумма взысканных средств превысила 1,5 миллиарда рублей. За это же время нам удалось вернуть в собственность республики порядка 160 объектов недвижимости и земель общей площадью более 5 тысяч гектаров.

И эту работу мы будем продолжать. Потому что это не только про экономику – это про наведение порядка, про доверие к государству и про защиту интересов республики. Отдельно хочется поблагодарить правоохранительные органы, которые вместе с нами стоят на страже интересов региона.

– В апреле в республике прошла стратегическая сессия «Земельно-имущественный комплекс: инструменты управления и капитализация территорий» – первая в России по этой тематике. Какие ключевые итоги и решения были приняты? Как они повлияют на повышение капитализации земель и имущества Дагестана в ближайшие годы?

– Отмечу, что в прошлом году Президентом нашей страны был поддержан проект по капитализации территорий. Его суть в том, что анализ данных ЕГРН показывает значительный нераскрытый потенциал регионов – как по налоговым и неналоговым доходам, так и по эффективному использованию имущества и развитию территорий.

По сути, речь идет о поиске внутренних резервов, которые позволяют увеличить доходную базу и создать основу для инвестиций и возврата бюджетных и инфраструктурных кредитов. Причем это не только земельно-имущественная сфера – это комплексная задача для всей экономики региона.

Именно в этом контексте и проводилась стратегическая сессия. Ее ключевая задача – определить системные проблемы и точки роста, прежде всего в отношении наших опорных населенных пунктов. Напомню, что в единый перечень от Республики Дагестан вошли 45 опорных населенных пунктов – это 10 городов и 35 районных центров.

Как я уже отмечал, республика была определена пилотом по реализации программы НСПД. За это время мы фактически сформировали цифровой «слепок» республики – собрали и увязали данные по земельным участкам, объектам недвижимости, границам муниципалитетов. Но важно понимать: сам по себе учет ради учета не имеет смысла. Данные начинают работать только тогда, когда на их основе принимаются управленческие решения.

И именно здесь мы перешли к следующему этапу – к новой культуре управления территориями. Стратегическая сессия как раз была направлена на то, чтобы провести своего рода «диагностику» системы и определить, где у нас есть разрывы и какие решения необходимы.

К примеру, одна из ключевых проблем, которую мы зафиксировали, – это значительный объем объектов, которые формально присутствуют в ЕГРН, но фактически не являются предметом налогообложения. Сегодня это более 300 тысяч земельных участков и свыше 100 тысяч объектов капитального строительства, которые либо не идентифицированы полностью, либо не вовлечены в экономический оборот.

Я часто называю их «белыми пятнами» на карте республики. Но проблема глубже: эти белые пятна фактически превращаются в черные дыры для консолидированного бюджета. И как раз задача стратегии, которую мы формируем, – это не просто зафиксировать проблему, а выстроить систему, что позволит эти объекты выявить, упорядочить, вовлечь в оборот и тем самым перейти от простого учета к полноценному управлению территорией и ее капитализацией.

– Заур Эминович, если говорить в целом, как бы Вы охарактеризовали культуру освоения и использования земель в Дагестане: какие системные, «исторические» проблемы здесь существуют и какая стратегия выбрана для их решения?

– Если смотреть шире, то культура освоения и использования земель в Дагестане – это не просто вопрос экономики или управления. Это вопрос мировоззрения и исторической памяти.

Большая часть земель, находящихся в государственной собственности республики, – это земли отгонного животноводства. И сегодняшнюю ситуацию я бы охарактеризовал не столько как хозяйственную проблему, сколько как кризис доверия между поколениями, а также между обществом и государством.

Мое глубокое убеждение заключается в том, что эти земли – не просто ресурс. Это аманат, доверие, переданное нам предками. На протяжении веков именно эти пастбища обеспечивали выживание нашего народа в суровых горах. И в этом слове – вся суть: владение без права утраты, пользование с чувством священной ответственности перед теми, кто был до нас, и теми, кто придет после.

Если говорить о системных, исторически сложившихся проблемах, то их несколько. Прежде всего – утрата чувства аманата. В 1990-е и 2000-е годы, в период передела и ослабления институтов, земля во многом стала восприниматься как объект извлечения выгоды. Это привело к самозахватам, нецелевому использованию, передаче в аренду сторонним структурам. Фактически произошло размывание принципа преемственности. Второй аспект – деградация самих земель. Перегрузка пастбищ, разрушение скотопрогонных трасс, водопоев – всё это уже не просто технические проблемы, а последствия утраты долгосрочного мышления. Это симптом того, что текущий «держатель» аманата перестал думать о том, в каком состоянии передаст его детям. Третья проблема – правовой нигилизм. Он проявляется в уклонении от арендных обязательств, нарушении правил использования земель, отсутствии ответственности за их состояние. Эти действия, направленные на порчу земли, ставят сам аманат под удар.

Что касается стратегии, то она, на мой взгляд, должна быть основана на восстановлении самого смысла этого аманата.

Первое – это безусловная ответственность пользователя. Перед каждым поколением лежит жесткая ответственность за сохранность земли и ее целевое использование. Мы обязаны четко заявить: если сегодняшний пользователь не выполняет условий сохранения и развития пастбищ, не вкладывается в их восстановление, использует не для отгонного животноводства, то он нарушает доверие. Государство в этом случае имеет полное право и будет вынуждено расторгнуть договор аренды. Иначе они эти земли могут утратить безвозвратно – их отдадут тем, кто готов быть достойным хранителем.

Второе – принцип справедливости в действиях власти. Задача органов власти – руководствоваться принципами справедливости при распоряжении этими землями. Справедливость означает: не раздать своим и не отобрать у слабых, а вернуть аманат тем, кто реально живет на земле, кто готов ее обустраивать, платить налоги, строить кошары и сохранять трассы. Власть – арбитр в этом священном завете между прошлым и будущим.

И в этом смысле итоговая стратегия достаточно ясна: нам необходимо вернуть формальному праву пользования его изначальный смысл – моральную обязанность хранителя аманата. Только тогда земли отгонного животноводства Дагестана выживут и будут переданы внукам в лучшем состоянии, чем мы их приняли.

Источники: РИА «Дагестан»